Как Львёнок и Черепаха отправились в путешествие 🦁 🐢 Козлов С.Г.

Сказка "Как Львёнок и Черепаха отправились в путешествие" Козлова С.Г.

Детская сказка «Как Львёнок и Черепаха отправились в путешествие» автора Козлов С.Г.

Как Львёнок и Черепаха отправились в путешествие. Вступление, в котором Львёнок и Черепаха встречаются после долгой разлуки

— Здравствуй, Львёнок!

— Здравствуй, Черепаха!

Они обнялись и долго стояли обнявшись.

— Сколько же мы с тобой не виделись?

— О-хо-хо!.. — вздохнула Большая Черепаха, легла и заплакала.

— Не плачь, — попросил Львёнок. — Пожалуйста, не плачь!

— Где же ты был? — всхлипывала Черепаха.

— Даже и сказать не могу. Везде.

— Рассказывай.

— Сперва — в Японии, потом — в Бразилии, потом — в Европе, потом — в Америке.

— И в Австралии был? И в Сибири?

Львёнок кивнул.

— Тогда давай по порядку, — сказала Черепаха. И перестала плакать.

Львёнок сел на песок, снял цилиндр, положил рядом тросточку (ведь он был с тросточкой и в цилиндре!) и начал было рассказывать, как появилась Обезьянка.

— А вы что здесь делаете? — крикнула она.

— Слушай, — сказала Черепаха, — а тебя кто звал?

— А меня и звать не надо, — сказала Обезьянка. — Вижу: ты — лежишь, он — сидит, и прибежала.

— Нам сейчас не до тебя, — сказала Черепаха. — Беги себе.

— А куда же я побегу? — удивилась Обезьянка. — Если он в шляпе и с палочкой! — И она закривлялась, запрыгала, потому что была артисткой.

— Слушай, — сказала Черепаха, — Львёнок теперь всегда ходит в цилиндре и с тросточкой, как всемирный любимец и международный персонаж. Всемирные любимцы все ходят в цилиндрах и с тросточками.

— А я? — спросила Обезьянка. — Я могу быть всемирным любимцем?

— Конечно, — сказала Черепаха. — Если прославишься.

— А как это сделать? — Обезьянке очень хотелось ходить в шляпе и с палочкой.

— Послушай, — сказал Львёнок, — мы с Черепахой столько не виделись. Я вернулся в Африку, пришёл к своей старой подруге, а тут ты со своей шляпой. Уходи, а?

— Сделаете знаменитостью, — уйду!

— Приходи вечером, — попросила Черепаха. — Мы подумаем.

— Да ты что? — возмутилась Обезьянка. — Разве я до вечера дотерплю?

— А как же я тебя прямо сейчас сделаю знаменитостью? — взвыл Львёнок.

— А ты дай шляпу и палку, — сказала Обезьянка. — А уж я постараюсь.

— Бери, — сказал Львёнок.

— Только не потеряй, — сказала Черепаха.

Обезьянка схватила цилиндр, тросточку и понеслась по пустыне.

Выскочил Заяц.

— Эй! — крикнул он. — Ты что это на голову трубу надела?

— Это не труба, это — шляпа, — сказала Обезьянка. — А я — всемирный персонаж!

И запрыгала по деревьям, а Заяц побежал за ней по земле.

— Кто такая? — крикнул Попугай.

— Всемирный персонаж, — сказал Заяц. — Бывшая наша Обезьянка.

Попугай захрипел, раздулся, полетел следом.

Обезьянка выскочила к реке, увидела Крокодила и скорчила такую рожу, что Крокодил зажмурился.

— Ну что, зубастый? Видишь, кто я?

— Это не труба, это — шляпа, — пояснил Заяц.

— И тр-р-росточка! Тр-р-росточка! — кричал Попугай.

Обезьянка понеслась вдоль реки, рядом бежал Заяц, по небу плыл Попугай, по реке — Крокодил.

— Ну что, зелёный огурец? — вопила на бегу Обезьянка. — Видел? Видел?

И остановилась.

— Я — всемирный персонаж! Еду в Америку! А ты — зелёненький, в пупырышках, глаза как у свиньи!

«Разве у меня плохие глаза?» — печально подумал Крокодил.

— Никто меня не признавал! — вопила Обезьянка. — Никто не верил! А я, а я… — И она понеслась дальше.

Целый день Обезьянка скакала по Африке, и к вечеру за ней уже бегало сто зайцев, три носорога, пять бегемотов и два льва. Сто попугаев вились в небе, и все сто кричали противными голосами:

— Всемир-р-рный пер-р-рсонаж!

А крокодилы — а было их не счесть — метались вверх и вниз по течению — смотря куда неслась Обезьянка.

«Всемирное признание!.. — печально думал, гребя хвостом, Крокодил. — Неужто у меня такие плохие глаза?..»

Когда стемнело, Обезьянка спряталась в дупле баобаба, и все её потеряли. А когда зажглись звёзды, прибежала к Львёнку и Черепахе, неслышно подобралась и легла на песок.

— И знаешь, Черепаха, — говорил Львёнок, всюду я побывал, многое видел, принимали меня королевы и короли, президенты и принцы, но таким счастливым, как в тот день, когда мы с тобой пели песню, я уже никогда не был. И счастлив я, что вот сидим мы теперь с тобой рядом, глядим, как тогда, на звёзды, и лучше этого — ничего нет.

«Какой глупый! — думала Мартышка. — Всемирный любимец, всемирный персонаж, а такой глупый!..»

back to menu ↑

Глава первая — первый сон Черепахи, в котором Носорог становится воздушным шаром

Черепахе снилось, как наутро, когда над пустыней ещё не взошло солнце, её разбудил Львёнок.

— Большая Черепаха, — сказал он, — а не отправиться ли нам в путешествие?

— В путешествие?

— А что?

— Прямо вот так?

— Как — вот так? — переспросил Львёнок.

— В цилиндре и с тросточкой?

— Ну, это мы оставим здесь.

— Но в путешествие отправляются на чём-то…

— На чём?

— На корабле, на воздушном шаре.

— Хорошо. — Львёнок огляделся. — Корабля у нас нет, а воздушный шар найдём и надуем.

— Нужна гондола, корзина такая, — сказала Черепаха. — Мы будем в ней сидеть.

— Ты плети гондолу, а я пошёл. — И, напевая любимую песенку, Львёнок пошёл по пустыне, размышляя, кого бы надуть.
Носорог-рог-рог идёт,
Крокодил-дил-дил плывёт, —

пел Львёнок.

«Слон не согласится, — думал он. — И потом, получится слишком большой воздушный шар. Бегемот? Нет, Бегемот тоже не годится. Носорог! И рог у него специальный: отвинтишь шишечку и — надувай!»

И Львёнок ещё громче запел:
Носорог-рог-рог идёт,
Крокодил-дил-дил плывёт…

Носорог как раз налил себе чаю, когда подошёл Львёнок.

— Доброе утро, Носорог!

— Доброе! — Носорог был не в духе.

— Не хочешь ли ты отправиться в путешествие?

— Эх, — вздохнул Носорог, — улетел бы я отсюда, куда глаза глядят! Садись, угощайся!

Львёнок сел и уставился на носорожий рог, на самый кончик.

— Чего глядишь? — спросил Носорог.

«Интересно, отвинчивается шишечка или это так, для красоты? — Думал Львёнок. — И потом, если отвинчивается и Носорог согласится, кто нам поможет его надуть?»

— Носорог, — сказал Львёнок. — Можно я скажу прямо?

— Скажи.

— Ты не против, если тебя надует Слон?

— Я ему надую!

— Ты меня не так понял: если она отвинчивается, — Львёнок показал на шишечку, — Слон тебя надует, и мы полетим!

— Куда?

— Куда глаза глядят.

— Кто?

— Ты, я и Черепаха. Ты будешь воздушным шаром, мы в гондоле.

— В гондоле…

— Это корзина такая. Прижмёшь к животу, и всё.

— Отвинчивается, — сказал Носорог. — А кто же меня надует?

— Слон!

— Так он и согласится… А знаешь, — Носорог лёг, чтобы Львёнку было удобнее, — попробуй ты.

— Я?

— Зажми уши и дуй.

Львёнок отвинтил шишечку.

— Дуй! — приказал Носорог.

Львёнок дунул — Носорог расширился.

Львёнок дунул ещё — Носорог стал повыше.

— Легчает, — шептал Носорог. — Дуй! Дуй!

Львёнок дул изо всех сил.

— Совсем легко, а то в груди жгло. — Носорог стал больше себя в три раза.

Львёнок зажал уши лапами и дул без передышки.

— Хорошо! — шептал Носорог. — Зачем нам Слон? Так полетим.

Он стал таким большим, что Львёнок ни за что не достал бы до рога. Он сидел на носу Носорога и дул.

— Хорошо! Ох, как хорошо! — стонал Носорог. — Я уже не чую земли…

И тут он оттолкнулся и — полетел.

— Чуть-чуть левее! — командовал Львёнок. — Видишь Черепаху? Смотри, она уже сплела гондолу! Прижмёшь к животу и — айда!

— Айда! — повторил Носорог.

Они приземлились возле Черепахи.

— Какой замечательный воздушный шар! — обрадовалась Черепаха.

— Это наш друг Носорог стал воздушным шаром, — сказал Львёнок.

Львёнок с Черепахой уселись в гондолу.

Носорог прижал её к животу, оттолкнулся, и…

— Айда! — крикнул Львёнок.

— Айда! — Носорог взлетел. — Если б вы только знали, как мне теперь легко! — шептал он. — Какое это счастье — куда-нибудь лететь с друзьями!..

😺 развивающие игры для детей ✅
back to menu ↑

Глава вторая — второй сон Большой Черепахи, в котором Львёнок, Черепаха и Носорог обедают у Кита

Носорог оказался замечательным воздушным шаром.

Он летел над горами, лесами, прижимая к животу корзину, в которой сидели Львёнок и Черепаха.

Черепаха захватила подзорную трубу, и теперь они с Львёнком по очереди глядели в подзорную трубу на землю.

— Гляди! Гляди! — кричал Львёнок. — Изюбр!

— Да нет, это — Олень! — кричала Черепаха.

— Изюбр! Изюбр! Ты только погляди…

Носорог таращился изо всех сил, но ничего не видел — ведь он прижимал к животу гондолу и не мог глядеть в подзорную трубу.

— Как ты себя чувствуешь, Носорог? — спросил Львёнок.

— Чудесно! А куда мы летим?

— Это не важно. Главное — не выпусти корзину, — сказала Черепаха.

Теперь внизу было море, и Кит качался на самой большой волне.

«Надо передохнуть», — подумал Носорог и опустился на спину Кита.

— Здравствуйте! — сказал Кит. — Кто вы и откуда?

— Мы путешествуем, — Львёнок выбрался из корзины. — Я — Львёнок Ррр-Мяу. Это — Большая Черепаха. А это — наш друг Носорог.

— Какой замечательный воздушный шар! — вздохнул Кит. — Как бы мне хотелось отправиться в путешествие вместе с вами!

— К сожалению… — Черепаха запнулась. — К сожалению, вы не уместитесь в нашей… гондоле.

— В этой корзине, господин Кит, — пояснил Львёнок.

Кит глубоко вздохнул и выпустил целый фонтан сверкающей воды.

— Не улетайте, — попросил Кит. — Не торопитесь. Отдохните как следует. Сейчас мы подплывём к маленькому острову, и я угощу вас чудесным обедом.

Островок оказался совсем крошечным. Будто большой круглый стол поднялся со дна моря.

Черепаха, Львёнок и Носорог вышли на берег, и Кит расположился рядом и повязал шею салфеткой.

Медузы расстелили скатерть.

Морские коньки в маленьких корзинках подняли со дна необыкновенные яства.

Дельфины, покачиваясь на хвостах, запели нежными голосами.

— Как вкусно! — шептал Львёнок.

— Как грустно! Как хорошо! — кивала головой Черепаха.

— Я никогда не ел ничего подобного! — сказал Носорог.

Кит ловко орудовал вилкой и ножичком.

— Обычно я ничего такого не ем, — говорил Кит. — Только планктон. Но когда такие гости…

Обедали до вечера.

А когда солнце стало садиться, Львёнок сказал:

— Нам пора!

— Как? Уже? — быстро-быстро заморгал маленькими глазками Кит.

Носорог лёг на песок. Львёнок отвернул шишечку.

— К сожалению, — сказала Черепаха.

Львёнок зажал лапами уши и дул до тех пор, пока Носорог снова не стал воздушным шаром.

— Спасибо! — неуклюже поклонился Киту раздувшийся Носорог. — Спасибо, господин Кит! Мы никогда не забудем этот чудесный обед в океане!

Он прижал к животу корзинку с Львёнком и Черепахой, и… они полетели.

И долго ещё был виден в сиреневых сумерках чёрный Кит с белой салфеткой на шее, и долго ещё сквозь свист ветра им слышалось нежное пение дельфинов.

back to menu ↑

Глава третья — третий сон Черепахи, который мог иметь грустный конец

Простившись с Китом, друзья полетели на юг. Заходящее солнце красиво освещало летящего Носорога: гондола, которую он прижимал к животу, была золотой.

Солнце скрылось, высыпали звёзды, взошла луна, а друзья летели и летели, и море под ними не кончалось.

Наконец Носорог заметил белую пену прибоя. Он снизился.

Высокие волны били о крутой берег, и от холодных брызг Львёнку и Черепахе стало весело.

Носорог плавно опустился возле реки, и тут же на берег выполз Крокодил.

— Хе-хе! — обрадовался Крокодил. — Что это вы здесь делаете?

— Путешествуем, — сказал Львёнок. — Я…

— Знаю-знаю, — закивал Крокодил. — И тебя, и Черепаху, и Носорога.

В страшных глазах Крокодила сверкало по звезде.

Носорог потупился.

— Располагайтесь, — хрипел Крокодил. — Поспите до утра. А утром что-нибудь придумаем.

— Что? — спросил Львёнок.

— Ну… — Крокодил пошевелил хвостом. — Подумаем.

«Он что-то затеял, — соображала Черепаха. — Надо уйти от реки подальше».

И они ушли от реки и уснули под старым баобабом.

А Крокодил позвал сестру и зашептал ей в ухо:

— Сестрица! Ты видишь, кто спит во-он там, под баобабом?

— Кто-то большой и тёмный, — сказала сестра Крокодила.

— Хе-хе! Именно! Зови племянников!

Когда Львёнок и Черепаха проснулись, вокруг них лежали на песке Крокодил, сестра Крокодила и сорок крокодильих племянников. Это были крепкие молодые крокодилы, и зубы их на солнце сверкали.

«Так я и знала, — подумала Черепаха. — Надо было улететь подальше».

Носорог храпел, посвистывая.

«Пока я его надую, — соображал Львёнок, — эти страшилы нас съедят».

Львёнок встал.

— Крокодилы! — сказал он. — Я, Большая Черепаха и наш друг Носорог… извините, он очень устал и ещё спит… все мы всех вас — приветствуем!

Племянники щёлкнули зубами и вытянулись на песке.

— Крокодилы! — продолжал Львёнок. — Вы, наверное, знаете: я — знаменит на весь мир, и Черепаха — тоже, а у нашего друга Носорога — большое будущее.

Молодые племянники, не мигая, страшными глазами глядели на Львёнка.

— Ваш папа… — Львёнок обратился к Крокодилу.

— Дядя, — поправил один из племянников.

— Дядя, — согласился Львёнок, — хорошо знает песню Большой Черепахи, где про него — целая строчка.

Крокодил кивнул.

— Крокодилы! — в третий раз воззвал Львёнок. — Мы прилетели к вам с концертом! Сейчас я и Большая Черепаха споём вам нашу знаменитую песню… Я надеюсь, дядя подпоёт… А потом мы покажем фокус.

Крокодил прикрыл глаза.

Сестра Крокодила, разинув страшную пасть, глядела на Львёнка.

— Начали!
Я на солнышке лежу, —

затянули Львёнок с Черепахой.

Проснулся Носорог и теперь, вытаращившись, глядел на племянников.

— Подтягивайте! Все-все! И ты, Носорог! Дружно! — командовал Львёнок.

Племянники встали на хвосты.

Дядя пел зажмурившись.

Сестра Крокодила так и сидела с разинутой пастью.

— Пойте-пойте! — кричал Львёнок. — А я пока подготовлю фокус!

И он, как факир, поведя лапой, отвернул специальную шишечку и в такт песне стал надувать Носорога.
Носорог-рог-рог идёт, —

дружно пели Большая Черепаха и дядя с племянниками.
Крокодил-дил-дил плывёт, —

спел Крокодил соло.

Львёнок уже завинчивал шишечку.
Только я всё лежу, —

подхватил Львёнок, усаживаясь в гондолу.
И на солнышко гляжу! —

Крикнула Черепаха, прыгнул в корзину. Носорог оттолкнулся, и… они полетели.

— А фокус? Фокус! — кричали, прыгая на хвостах, молодые племянники.

— А разве это не фокус? — хохотал в небе Львёнок. — Улететь из-под носа у молодых крокодилов на стареньком Носороге!

back to menu ↑

Глава четвёртая — четвёртый сон Большой Черепахи, в котором в утреннем небе парят слоны

«Вот уж чего не ожидал, так не ожидал», — думал о крокодилах Носорог, паря в утреннем небе.

Черепаха с грустью глядела на проплывающую под ними Африку.

«Кит, чудище морское, — думала Черепаха, — встретил царским обедом, а эти…»

И тут Львёнок вскрикнул:

— Гляди! — и Черепаха припала к подзорной трубе.

В синем африканском небе навстречу им плыл Слон.

Он был серый, как туча, и лёгкий, как облако. Слон вздымал уши, как орёл, и трубил, радостно вытягивая хобот.

— Слон! — выдохнула Черепаха.

— Ту-ру-ру! — трубил Слон, подлетая. — Ту-ру-ру! Доброе утро! Как поживаете? Я — Слон.

— Доброе утро! — крикнул Львёнок. — Я…

— Кто же вас не знает, глубокоуважаемый Ррр-Мяу?

— Доброе утро! — сказала Черепаха. — Я…

— Кто же вас не знает, дорогая Черепаха?

— Доброе! — буркнул Носорог: он не мог забыть крокодилов.

— Это наш друг Носорог, — сказал Львёнок. — У него большое будущее.

— Очень приятно! Очень приятно! Что вы здесь делаете, в небе? Ту-ру-ру! — пел Слон.

— Путешествуем!

— Ах! Ах! Это — чудесно! — трубил Слон. — Обед в океане!

— А куда вы летите, глубокоуважаемый Слон? — спросил Львёнок.

— Сейчас — никуда! Если вы не возражаете, я полечу рядом, и мы чудесно побеседуем в утреннем небе.

— Давно из дома? — хмуро спросил Носорог. После встречи с крокодилами ему уже не хотелось путешествовать.

— С недельку.

— Где были?

— Ах! Ах! У пингвинов! Поднявшись, я полетел строго на юг, и — представляете? — сразу за океаном — Страна Пингвинов. Если б вы только знали, что это за изысканный народ!

— Как это? — спросил Львёнок.

— Все — во фраках! Представляете? Чёрный фрак, белая манишка, чёрные рояли на белоснежном снегу!..

«Рояли, — хмуро подумал Носорог. — А у нас — племяннички».

— И знаете? — трубил Слон. — Все — поют!

Солнце уже поднялось, но высоко в небе не было жарко.

— Хотите кофе? — спросила Черепаха.

— Благодарствую.

Слон взял кончиком хобота чашечку тонкого фарфора, которую ему предложила Черепаха.

— Представляете? Не успел я приземлиться: «Вы поёте?» — «Пою». — «Не откажите в любезности, спойте!» Если б вы только знали, как меня слушали!

«И этот артист, — насупился Носорог. — Все артисты».

— Потом были танцы! Господа — во фраках, дамы — в декольте! Восхитительно!

Носорог вздохнул и покрепче прижал к животу корзину.

Слон плавно вздымал уши, солнце сияло, и теперь уже все, а не только догадливый Носорог знали, что летят не куда-нибудь, а к Южному Полюсу, в страну, где повсюду на сверкающем льду стоят распахнутые рояли и все жители с утра до ночи ходят в чёрных фраках, белоснежных манишках, трубят в трубы, играют на роялях и, конечно, поют.

back to menu ↑

Глава пятая — пятый сон Большой Черепахи, в котором сверкают сахарными зубами распахнутые рояли

К Стране Пингвинов подлетали в полдень — снежные горы сияли.

Пингвины высыпали на берег, выстроились рядами, встречая гостей.

Слон снизился и, плавно поводя ушами, совершил круг почёта.

У подножья ледяных гор, сверкая клавишами, как большие чёрные птицы с поднятым крылом, застыли рояли.

Носорог парил в вышине.

Первым сел Слон.

Его сразу окружили пингвины в чёрных фраках с белой грудью, дуя в золотые трубы.

Приземлился и Носорог.

Из гондолы на лёд плавно сошёл Львёнок, с поклоном подал лапу Черепахе.

Слон, сияя улыбкой и бивнями, представил пингвинам друзей.

— Дорогие пингвины! — сказал Слон. — Я привёз к вам знаменитого Львёнка Ррр-Мяу, прославленную Большую Черепаху и нашего друга Носорога, у которого большое будущее!

— Дорогие пингвины! — сказал Львёнок…

Но тут выскочил маленький Пингвинёнок, тоже во фраке и с бабочкой.

— А я вас знаю! — крикнул он Львёнку. — И вас! — обернулся к Черепахе. — А с вами, дорогой Носорог, очень рад познакомиться!

— Ту-ру-ру! — жмурясь от удовольствия, трубил Слон.

— А сейчас мы вас приглашаем на большой концерт, — сказал Пингвинёнок, — который мы дадим в вашу честь!

И гости уселись в специально приготовленные кресла, а пингвины задудели в золотые трубы, заиграли на сверкающих роялях, запели.
Слон танцует и поёт, —

пели пингвины, —
И садится, и встаёт,
Хобот вытянув, ложится,
Машет тоненьким хвостом,
Говорит:
«Зачем не птицей
Я родился,
А слоном?»

— Ай-яй-яй! Ха-ха! Ту-ру-ру! — сиял Слон.

И, не сдержавшись, с лёгкостью, неожиданной для Слона, выпрыгнул из кресла, заплясал, запел:
Если б я родился птицей,
Я б на веточке сидел.
Если б я родился птицей,
Я бы к морю полетел.
Но его заглушил хор пингвинов.
На спине Кита большого, —
пели пингвины, —
Посидел, поотдыхал.
«Здравствуй, Кит! Слона такого
Ты когда-нибудь видал?»

— Вот это да! — шептал Носорог. Ему тоже хотелось петь, но он не знал слов.

— А ты спляши! — шепнула Черепаха.

И Носорог запрыгал вокруг Слона — вот было весело!

А тут ещё вступили Львёнок с Черепахой.
«Неужели этой птицей
Стать сумел огромный Слон?» —

пели они дуэтом. —
Кит подумал: «Не годится
Оставаться мне Китом».
Выпустил фонтан до неба, —
подхватили пингвины, —
Разогнал волну хвостом…

— Эх! Эх! — плясал Носорог.
… Размечтался:
«Ах, и мне бы
Превратиться
Тоже в птицу —
Что за радость быть Китом?»
«Мы б взлетели, полетели, —

пели уже все вместе, —
Птица-Кит и птица-Слон,
А устали — посидели,
Отдохнули среди волн».

Слон был счастлив.

Пингвины плясали, Носорог прыгал, Львёнок скакал по сверкающему льду верхом на Черепахе, они пели, и пингвины, и Носорог, и Слон им подпевали.

И тут все увидели в синем небе огромный чёрный дирижабль. Плавно помахивая хвостом, он снижался.

— Да это же Кит! Прилетел Кит! — радостно закричал маленький Пингвинёнок, и все бросились встречать Кита.

Когда Кит приземлился, его усадили в самое большое кресло, а когда зажгли свечи и был подан праздничный ужин, Кит кушал свой любимый планктон из самой большой тарелки, какая только нашлась в Стране Пингвинов.

back to menu ↑

Глава шестая — шестой, и последний, сон Большой Черепахи, в котором появляется весёлый Ки-ку — маленький Кролик с голубыми усами

На утро, распрощавшись с пингвинами и Слоном, Львёнок, Черепаха и Носорог полетели на Север. И вот высоко в небе Черепахе приснился сон.

В жёлтой Африке, которую омывают синие моря и голубые океаны, под раскалённым солнцем сидел на песке весёлый Ки-ку — маленький Кролик с голубыми усами. На голове у него была соломенная шляпа, потому что в Африке большинство кроликов летом ходят в шляпах — такое там жаркое солнце.

Ки-Ку сидел на песке и рисовал палочкой домик с окошком.

Высоко над ним сухо шелестели пальмы, а в соседнем болотце громко чавкал Гиппопотам.

«Вот, — думал Ки-ку, — сейчас я нарисую домик с окошками, а внизу — швейцара, точно такого, как я видел в городе Капатуки, когда ходил смотреть на дедушкин памятник. На голове у швейцара должна быть фуражка с золотым шитьём, на груди — блестящие пуговицы и по всему костюму — обязательно много полосок. Здесь надо нарисовать усы… А здесь — скамейку, чтобы он мог посидеть и отдохнуть…»

— А меня? — вдруг спросил кто-то сверху.

— Что — тебя? — не отрываясь от рисунка, переспросил Ки-ку.

— Нарисуй меня!

Кролик Ки-ку обернулся и увидел ноги.

Потом посмотрел повыше — и снова увидел ноги.

Тогда он задрал голову так, что чуть не свалилась шляпа, и увидел на высокой шее маленькую головку и аккуратненькие рожки.

— Кто вы? — спросил Ки-ку.

— Я — Жираф.

«Ха-ха!» — чуть не закричал Кролик. Ему только прошлой ночью приснилось, что он познакомился с Жирафом.

— Здравствуйте, Жираф! — сказал он. — Я — Кролик Ки-ку. Я обязательно нарисую, только с одним условием…

Жираф нагнул шею и поднял ухо.

— Я забыл, какие занавески на окнах в городе Капатуки, — сказал ему Ки-ку. — Мне бы очень хотелось посмотреть, какого они цвета.

— А когда ты узнаешь, ты меня нарисуешь?

— Конечно! — сказал Кролик. — Места много! — и показал лапой на пустыню.

Жираф вытянул шею и долго что-то разглядывал вдали. Потом сказал:

— Они — в клеточку!

— А какого они цвета?

— Жёлтые!

— Очень хорошо, — сказал Кролик. — Но мне бы самому тоже хотелось взглянуть…

Жираф пригнул к земле голову, Ки-ку уселся ему на шею, ухватился лапами за маленькие рожки и взлетел высоко в небо — выше кокосовой пальмы.

Весь город Капатуки был виден как на ладони.

Кролик сразу разглядел и дом с окошками, и красивого швейцара внизу, и занавески на окнах в жёлтую клеточку, но спускаться ему не хотелось, и он сказал:

— Жираф, а вы не могли бы ещё немножко вытянуть шею? Я не вижу центральной площади!

— А зачем тебе центральная площадь?

— На центральной площади — памятник моему деду. Он был великий художник!..

И Жираф встал на цыпочки.

— А теперь? — спросил он.

— Очень хорошо видно! — сказал Кролик. — Постойте так ещё немножечко!

Целый час Жираф стоял на цыпочках, а Ки-ку разглядывал памятник своему великому деду…

Потом Жираф вышел на середину пустыни, и Кролик попросил его лечь на песок.

— Ты лежи, а я тебя обведу палочкой, — сказал он. — А когда встанешь — получится твой портрет.

Так они и сделали.

— Вы меня очень хорошо нарисовали. Я здесь как живой! — сказал Жираф, подымаясь. — И кто вас так хорошо научил рисовать?

— Я могу тебя рисовать каждый день, — сказал Ки-ку. — Мне не трудно! А ты мне будешь показывать разные города.

— Конечно! Конечно! — сказал Жираф.

И на следующее утро, чуть свет, явился на очередной сеанс — то есть попросту пришёл и плюхнулся посреди пустыни. А Кролик Ки-ку быстро обежал его с палочкой, а потом целых два часа любовался городом Тапергу, в котором тоже был памятник его великому деду.

Ветер в то лето дул высоко, песок лежал неподвижно, и к осени Ки-ку зарисовал жирафами всю пустыню.

И когда Львёнок и Черепаха с Носорогом возвращались из Страны Пингвинов, они очень удивлялись, потому что сверху им были видны одни жирафы.


Мы будем рады и вашему мнению

Оставить отзыв

Регистрация
Сбросить пароль